LIPETSKMEDIA.RU
Чай длиною в жизнь
Он рычал под басы на сцене, дрался за любимую команду и возвращался домой под утро. Сейчас он медитирует, играет на флейте и пишет иероглифы. Максим Уласевич рассказал, как его жизнь перевернулась за час с небольшим и как чай может стать философией, которая меняет увлечения, взгляды и судьбы.
Комната в квартире Максима Уласевича уже пять лет называется Чайной Хижиной. Здесь традиции Востока Максим постигает сам и погружает в них всех желающих. Сначала это были липчане, теперь – жители Москвы, Питера, Новосибирска и Ростова. А чайный учитель, Мастер У Дэ, выходит на связь из Китая. До карантина Максим и сам гостил у него.

Чай на крыше в Питере, на берегу океана, на рассвете в лесу, на углях и даже под дождём. Так границы комнаты в квартире раздвинулись до целого мира. Максим говорит, что для него чай – это путь. Может часами рассказывать про историю вопроса и его философию, сорта и особенности приготовления, воду, посуду, традиции. Он переводит статьи про Чай – и именно так, с большой буквы, о нем пишет. Перед каждой подачей готовит Часи, чайную сцену, говорит, что чай на ней выступает, и она всегда должна быть разной, потому что нет в мире одинаковых моментов и состояний. Неизменным остается одно – лучше всего во время церемонии молчать.
- В тишине ты остаешься наедине с самим собой, чего многие боятся,- поясняет Максим.

- Люди приходят домой, включают телевизор, музыку, начинают общаться – им хочется уйти от того, что происходит на душе. Там не всегда все хорошо, мы бежим от этого, накладывая на себя огромное количество разной информации. Читать, смотретьYouTube, слушать музыку. А когда найти время внутри себя посидеть и развязать, что там завязалось?

Там, за футболом
Всё, что можно назвать бурной молодостью, было и в жизни Максима. Студенческие гулянки, экстремальный вокал в клубе «Камин» и, конечно, футбол. Ради любимой команды «Челси» Максим несколько раз получал визу в Англию, жил в Лондоне и дрался с такими же отчаянными как он, но с другого сектора. По возвращении на родину пыл не остывал: все из-за старой английской поговорки «Support your local team» («Поддержи родную команду»). Так местный «Металлург» обрёл горячую поддержку, а близкие Максима – он на тот момент уже был женат – потеряли нервные клетки и ночной сон.




- Я приехал с очередного выезда, скажем, очень уставшим, - вспоминает Максим. - В тот момент мне попался фильм Вырыпаева «Кислород». Он шел в закрытом показе Гордона. И я понял, что, наверное, пора заканчивать. Хватит, набегался.





«Развязать» всё то, что завязалось внутри у самого Максима, и помог чай. Поначалу церемонии больше походили на дегустации. Со временем решено было изучать вопрос глубже.

- В какой-то момент стало ясно, что я пью чай и понимаю процентов 30 от того, что он мне может дать. Захотелось понять оставшиеся 70 процентов, почему китайцы его так долго пьют. Проходят тысячелетия, а постоянно что-то меняется в церемонии: посуда, новые сорта.

Одна встреча – один шанс
О молчаливой церемонии Максиму рассказала москвичка Ранета. В столице он попробовал самый древний способ чаепития – когда листья завариваются не в чайнике, а в самой чаше. И понял, что нашёл, что искал. Знакомство с чайным мастером У Дэ только подогрело этот интерес.


"У тебя вокруг – целый чайный мир, который за эту жизнь тебе точно не познать".



"Хочется глубже и глубже в это погружаться, чтоб хоть какой-то пласт информации для себя понять".



"Раньше я был гневным молодым человеком, и жена моя это все на себе ощущала, и ребенок. Я очень благодарен учителю, чаю, он просто взял и мою парадигму мира перевернул. И я понял, что жить хотелось бы по-другому".

"У тебя вокруг – целый чайный мир, который за эту жизнь тебе точно не познать".
- Хочется глубже и глубже в это погружаться, чтоб хоть какой-то пласт информации для себя понять, - признается Максим. - Раньше я был гневным молодым человеком, и жена моя это все на себе ощущала, и ребенок. Я очень благодарен учителю, чаю, он просто взял и мою парадигму мира перевернул. И я понял, что жить хотелось бы по-другому.
По-другому в случае Максима означало стать школьным учителем, совершенствоваться в подаче чая, научиться играть на восточной флейте, писать иероглифы. Еще он изучает китайскую живопись, слушает винил и медитирует. Всерьез увлекся дзен-буддизмом, хотя чай считает свободным от религии и философии. А вот в том, что эти церемонии всерьез изменили уже не одну жизнь, он не сомневается.

Один из его друзей – Никита – приезжал в Липецк из Москвы и учился здесь чайному делу. Юлия Чернявская сначала увлеклась церемониями, потом – китайской живописью. Теперь у нее есть своя студия, а весной прошла персональная выставка.
- Жизнь меняется в любом случае, если мы меняем свой фокус, - поясняет Максим. - Есть примеры, когда человек приходил за компанию и даже с шутливым настроем – вот, чай будем пить, будут баранки, самовар. Посидел, потом пришел через неделю. Потом еще. А он обычный рабочий, занимался натяжными потолками. К высокому не тянуло раньше, было не интересно, да и образ жизни он вёл не самый здоровый. Спустя месяц или полтора ему захотелось отказаться от всего, что меняло его сознание, захотелось больше познать себя. Медитировать он не стал, это ему не подошло, а вот чай пьет, полностью отказался от вредных привычек.
Школьники мудрее китайцев?
Максим Уласевич работает в 12 гимназии заместителем директора и учителем. В его расписании 9 уроков в день, это информатика, математика и китайский язык. В прошлом году его ученица была единственной, кто сдавал ЕГЭ по китайскому в нашем регионе. Журнал «ЛИЦА» рассказывал о Серафиме Горшковой и её увлечениях восточной культурой – девушка тоже ездила в Китай, серьезно занимается ролиболом.

Максим считает детей лучшими учителями, никогда с ними не спорит и не переубеждает.
- В России иное понимание учителя, - поясняет Максим. - На Востоке – это человек, у кого ты можешь спросить, но не прекословить, он твой гарант. Дети сейчас не воспринимают учителей в школе как гарантов. И мне это не нужно. У меня нет раздутого эго, что я главный учитель в их жизни, и, если они меня не слушают, то значит, что пошли против меня. Если ребенок докопался до истины и у него есть другая точка зрения – классно! Мы ее обсудим, и, если она имеет место быть, мы ее покажем, она имеет вес и силу. Учитель в школе – это тот человек, который направляет детей на то, чтобы они получали знания. Не тот, кто дает и дает. Он учит учиться и учит находить информацию.

Максим добавляет, что терпение, которому научили чайные церемонии, стало невероятно прочным: теперь его не сможет вывести из себя даже ученик, который пытается сорвать урок или откровенно не интересуется его предметами. Пусть он и не будет лучшим в информатике, но найдет себя в чем-то другом. Главное, по мнению Максима, научиться не пропускать события жизни через призму своего опыта.
И тогда никакое слово и никакой поступок не смогут тебя огорчить или расстроить.
- Мне очень нравится пример с чайником, - поясняет наш герой. - Есть чайник, в котором я завариваю чай. Через пару лет он обрастет наростом. Любой чай в нем не будет уже так хорошо завариваться, как если бы он был чистый. То же самое и с человеческой головой. За период своей жизни мы обрастаем опытом.
Вокруг нашей головы обрастает своеобразный шлем, и все наши восприятия проходят через этот слой. Он меняет мое восприятие через эту призму. Так мы можем обидеться на слова, которые совсем недавно нас еще бы не задели. А если вам кто-то грубит, надо поблагодарить этого человека и посострадать ему за то, что он не может сделать иначе. Зачем тратить свои нервы и пытаться воспринимать негатив?
Как полюбить мыть посуду?
Максим уверен, что современные люди – и дети, и взрослые – живут в несколько раз быстрее и насыщеннее своих предков.
Вся наша жизнь не просто ускорилась, а ускоряется с каждым новым изобретением: самолёт, мобильный телефон, интернет.
Всё это, с одной стороны, упрощает жизнь, а с другой – отнимает у нас возможность остановиться и почувствовать момент, в котором мы находимся здесь и сейчас.
«Мой посуду, как будто ты подаёшь чай. И все в своей жизни делай так, как будто ты завариваешь и подаешь чай. С любовью, полным осознанием и отдачей тому, что ты делаешь. И тогда, что бы ты ни делал, начнет приносить результат».
- Наш ум не успевает быстро адаптироваться, - говорит Максим. - Мы такие же люди, как жили век назад, из той же плоти и крови. - Люди многие загоняют себя до таких скоростей, что потом требуются более сильные методы, чтоб вернуть себя в порядок. Чай укрепляет в определенных моментах тело, ум, ты даешь возможность себе почувствовать связь с природой, с другими людьми. То же самое с каллиграфией и игрой на флейте – это своеобразные лекарства, чтобы дать своему уму возможность быть в форме.

Любить всё, что ты делаешь – еще одна премудрость, постигнутая в общении с сенсеем, медитациях и заваривании чая.

- Я спросил у учителя: «Как мыть посуду? Я ненавижу это делать». И он мне ответил. Эту истину я некоторое количество лет пытался понять и потом осознал, и это действительно работает.
Свободу дают только рамки
Ещё одна сторона жизни чайного мастера – семья. Максим с огромной благодарностью говорит о супруге и с невероятной нежностью – о своей дочери.

Уласевичи стали настоящей мультикультурной семьей: жена исповедует православие, Максим – дзен-буддизм, эту сферу они определили для себя как неприкосновенную зону и стараются не вмешиваться во взгляды друг друга.

Дочери Максима сейчас семь лет. На чайные церемонии она стала приходить совсем недавно – только тогда, когда сама проявила интерес. Главное увлечение девочки – кулинария. А главное правило для ее телефона и планшета – никакого YouTube. Папа-учитель информатики в этом вопросе оказался совершенно непреклонным – всё, что может быть полезно, включает сам. А то, что убивает время – ребенку просто недоступно.
- Я считаю, что достичь любой свободы можно только пройдя рамки. И сложно пока понять, что может быть иначе, - рассуждает Максим. - Например, Джимми Хендрикс, великий гитарист. Сколько времени он потратил, чтобы научиться играть? Это миллиарды часов. Зато он выходил и играл так, что у людей появлялись мурашки. А если бы мы дали мне гитару, поставили рядом с Джимми, я бы заплакал, раскраснелся и ушел со сцены. Я не смогу ничего сыграть и это не будет ощущение свободы. Хотя у меня не было рамок.
- Я считаю, что достичь любой свободы можно только пройдя рамки. И сложно пока понять, что может быть иначе, - рассуждает Максим. - Например, Джимми Хендрикс, великий гитарист. Сколько времени он потратил, чтобы научиться играть? Это миллиарды часов. Зато он выходил и играл так, что у людей появлялись мурашки. А если бы мы дали мне гитару, поставили рядом с Джимми, я бы заплакал, раскраснелся и ушел со сцены. Я не смогу ничего сыграть и это не будет ощущение свободы. Хотя у меня не было рамок.
Пожалуй, самое главное, что Максим научился понимать с помощью чайной церемонии – ход времени. Это еще одни рамки, которые удалось раздвинуть: если ты действительно хочешь, то можно успеть сделать все.

- Я не люблю фразу «У меня нет времени», - говорит Максим. - Да у тебя вся жизнь! И все это время – твое. У тебя есть столько времени, сколько тебе нужно. Как может не хватать времени, если все, что у тебя есть – твое?
Текст: Тамара Юдина
Фото: Ирина Хожаинова
ВКонтакте | red@lipetskmedia.ru

Made on
Tilda