Летопись Победы

Столетняя разведчица из Липецкой области живёт в ожидании Дня Победы


Май 07, 2017 17:47 0

Зинаида Георгиевна Некрасова из села Гатище – личность в Воловском районе известная: 21 сентября 2016 года отметила 100 лет. В майские дни 2017 года с нетерпением ждёт главного праздника в своей жизни – Дня Победы.

Войну забыть не получится
В 50–е годы прошлого века она была одной из тех, кто подписывал в печать номер воловской районной газеты «Заря коммунизма». Помнит «Боевую Краснознамённую», которую в годы Великой Отечественной войны выпускали в дивизии. Праздником было, когда в газете появлялась очередная глава из поэмы «Василий Тёркин». Кто получал газеты первым, кричал ей: «Зина, «Тёркин» пришёл!» Более полувека она отдала Гатищенской школе и остаётся для бывших учеников образцом настоящего Учителя.

 

 

В домашнем архиве Зинаиды Георгиевны две справки. Одну выдали в советские времена, в 1956 году: «… выдана гражданке Некрасовой Зинаиде Георгиевне, 1916 года рождения, в том, что она с мая месяца 1942 года по февраль 1943 года выполняла специальное задание управления НКВД по Курской области» и подпись Трушкина, начальника отдела УКГБ при Совете Министров Союза ССР по Курской области.

Вторая справка выдана уже Федеральной службой безопасности РФ 27 октября 1997 года управлением по Курской области: «… действительно выполняла спецзадание управления НКВД по Курской области на временно оккупированной территории… Основание: партизанский фонд д.д. 8 и 99».
Во время и после войны были те, кто не верил ей, что была разведчицей. Это стало одной из причин исключения её из партии. Ей не дали учительского звания: из районного отдела образования документы в область пошлют, а там – в корзину. И так не раз. Даже многолетняя общественная работа на благо малой родины (она была секретарём парторганизации, организатором художественной самодеятельности) не могла её оправдать в глазах односельчан.

«На меня указывали пальцем и не один год называли предательницей», – говорит Зинаида Георгиевна.

Войну она не забывает никогда. Говорит – не получится. Как забыть своих учеников Васю Разводова и Дуню Дворядкину?  Их убили немцы в конце села, где работали ветряные мельницы: за мукой шли или к родителям – уже не узнать. Ребят, только окончивших десять классов, не стало! Помнит Зинаида Георгиевна, как, узнав о беде, поспешила к родителям мальчика. Он лежал в доме, накрытый белой простынёй, а на пол стекала струйка крови. Убитая горем мать плакала и повторяла: «Это ваш ученик…».

А до смерти всего один шаг
До войны Зинаида Георгиевна работала в местной школе учителем русского языка и литературы. В июне 1941–го пошла в город Ливны Орловской области, где когда–то училась в педучилище, заказывать портнихе платье на выпускной. Там и узнала, что началась война.
Первая оккупация Воловского района длилась с 26 ноября по 9 декабря 1941 года. Весной 1942–го её вызвали в райком партии и предложили стать разведчицей. Понимая, что спасение Родины зависит от каждого, в том числе и от неё, твёрдо дала своё согласие. Когда спросили, не будет ли ей страшно, подумала: «Скажу «нет», солгу. Скажу «будет страшно», решат, что трушу».  Смело ответила: «Знаю, страшно будет, но я все преодолею ради спасения Родины…»
После специальной подготовки в Старом Осколе (тогда ещё Курской области), а затем в Белгородской области, ей пришлось собирать важные сведения на оккупированной территории и передавать связным:  сколько у немцев оружия, какого, сколько автомобилей, куда они передвигаются… Орёл, Курск, Старый Оскол и Воронеж – таким был маршрут разведчицы.
– Однажды иду просёлочной дорогой, это было моё первое задание, по обочинам рожь или пшеница. На пригорке два фашиста. Говорю себе: «Зина, как хочешь, но ты должна остаться живой и невредимой, чтобы дальше тайную работу выполнять». Внутри страх, глаза потемнели. Думаю: вздрогну, а они за шкирку и в гестапо. Сделала вид, что их не заметила, цветы по обочине собираю. Подошли, стали расспрашивать, а я на ломаном немецком говорю: к родственникам иду в соседнее село. Имена вымышленные назвала. Отпустили. Пошла дальше, делаю вид, что всё букет собираю, а знаю, немцы в спину–то смотрят. Прошла сколько–то шагов, как хлынули слёзы! От радости! Ведь могли бы следом пойти. Это была моя первая победа над врагом».
После освобождения Курска её вызвали в штаб и сообщили, что со всем она справилась. Но оставаться в родном селе Зина не хотела, а потому добровольно продолжила службу в 252–й пехотно–стрелковой дивизии сначала в трибунале, потом секретарём партийной комиссии, позже – в должности телефонистки.

 «Помню, дежурю третью смену у аппарата, – рассказывает Зинаида Некрасова. – Опушка леса, ветер сырой, пронизывающий. От стужи вся посинела – промерзла насквозь. Проходивший мимо командир полка спросил, сколько я у аппарата. Узнав, вспылил: «Разве можно так издеваться над девушкой? Где командир роты? Немедленно сюда!». Прошло немного времени. Командир роты и командир полка идут вдвоём, о чём–то горячо споря. Ну, думаю, ротный сейчас получит разгон. Стою, переживаю. Подошли. Командир полка посмотрел на меня и говорит: «Извините, придётся ещё подежурить. Заменить вас пока некем».

Другой случай: «После одного боя, снявшись с прежнего места, телефонисты направились в освобождённый населённый пункт, чтобы там между подразделениями установить связь. Мне поручили скатать и доставить на место оставшийся в поле кабель. Иду, кручу катушку. Кругом ни души. Погожий денёк. С поля уже убрали урожай. Слышу гул мотора – летит фашистский самолёт. Заметив одинокую человеческую фигурку, фашист развернул самолёт – и длинные пулемётные очереди легли на землю справа, слева, впереди меня. Я упала лицом вниз, пригнув голову к катушке, так и лежала в кольце пыльных полос. Самолёт улетел. Поднялась, иду, наматываю кабель. Снова рокот мотора, и всё повторяется. И так самолёт прилетал ещё несколько раз, пока я не устала падать и подниматься. Лежала долго. Самолёт больше не прилетел, летчик решил, что я убита. Когда пришла к своим, кто–то спросил: почему так долго? Я сказала, что надо мной кружил самолёт. Мой ответ никого не удивил, никто не спросил, как это было. Да и чему удивляться, это был повседневный фронтовой эпизод. Помните, в песне поётся: «А до смерти четыре шага»? Зачастую бывало не четыре, а один».

Мои дети – мои ученики
Она о многом может рассказать. Как работала штурвальным на комбайне в 1941 году; как разыскивала эвакуировавшихся родителей, когда не застала их, вернувшись с задания; как лечилась от туберкулёза; какой замечательный открытый урок провела по стихотворению Есенина «Белая берёза» – заведующий отделом образования тогда сказал, что за такой урок можно выпить хорошую чарку вина.
Зинаида Георгиевна хранит собрания сочинений советских изданий Пушкина, Лермонтова, Макаренко. Сколько у неё грампластинок! «Включаю музыку, когда мне тяжело, читаю наизусть стихи – я их много знаю…», – говорит Зинаида Георгиевна. А ещё она хранит сборник повестей и рассказов Василя Быкова с дарственной надписью автора: «Зинаиде Георгиевне! Соратнице по большой войне с пожеланиями счастья, здоровья и благополучия!»

Именной фотоальбом 252–й Харько­в­ско–Братиславской Красно­знамённой орденов Суворова и Богдана Хмельницкого стрелковой дивизии для неё – святая реликвия. Какие фотографии! Какие мужественные лица! Вот она среди своих однополчан. Маленькая, хрупкая.

Однажды на встрече учителей – участников подпольного движения её спросили, что она ценит больше всего во фронтовой дружбе? Ответила: добрые тёплые слова, сказанные вовремя. Для однополчан она слов не жалела.
Я приезжала к Зинаиде Георгиевне осенью. Постучалась в дом – никого. Она была в саду, зашла в самую чащу кустарника – искала грибы. Каждый шаг старалась делать уверенно, несмотря на то, что опиралась на палочку. «Это так, для отвода глаз», – шутила она, не желая признаваться в том, что силы её не те, что прежде. Искренне хвасталась, что на своём участке смогла вырастить хороший урожай картофеля. Представьте, Зинаида Георгиевна ещё сажает по 100 корней помидоров и перцев, другие овощи. На её немноголюдной улице соседей немного – не разговоришься, потому рада любому гостю.

Её родители, Георгий Илларионович и Ольга Алексеевна, из простых людей, колхозники. Семья была многодетной – пятеро детей. Два брата отца, Пётр и Иван, погибли в гражданскую войну. У одного остались четверо детей, у другого – дочка. Родители Зины взяли их в свою семью. Было время, когда жили в бараке на несколько семей, вместо стен и дверей – занавески из ситца. Ничего, все выросли, стали людьми.  А в её жизни не случилось ни семьи, ни детей. Своими детьми она считала учеников, родными – друзей и тех добрых людей, что встречаются ей в жизни.

Наши беседы при встрече длятся часами. Чувствует ли она возраст? Конечно! Хотя и не признаётся в этом. Старается не допустить, чтобы посторонние увидели её лекарства. Но она, закалённая жизнью и войной, не из тех, кто позволит себе упасть духом, скучать. Почти каждый день ей звонят родственники – из Москвы, Белгорода, Южно–Сахалинска. Часто приезжают племянники, которых у неё шестеро, да еще восемь внучатых племянников, все они разбросаны по нашей огромной стране. Её мечта – собрать их всех вместе, что бывает крайне редко.

Хоровод в честь именинницы
У Гатищенского центра культуры и досуга на 100–летний юбилей ветерана Великой Отечественной войны, ветерана труда пришли чуть ли не все жители села. Вокруг Зинаиды Георгиевны кружил хоровод из нескольких десятков человек. Нельзя было смотреть на это без слёз: мы были свидетелями уникального события. У многих от радости ёкнуло в груди, когда нашей землячке  вручили поздравительное письмо Президента России Владимира Путина и медаль «Во славу Липецкой области», которой она решением главы администрации Липецкой области Олега Королёва награждена за самоотверженный труд и достойную жизнь.


На юбилей Зинаиды Георгиевны приехали родственники: племянница Людмила с мужем Михаилом и дочерью Еленой из Мурома, племянница Галина с сыном Алексеем из Белгорода, внучатая племянница Юлия из Липецка, племянник Александр с супругой Мариной из Москвы.
Огромный торт для своей подопечной испекла соцработник Ирина Фёдорова. Гости оценили вкусный подарок по достоинству, съев всё до кусочка. И именинница отведала кусочек, не переставая благодарить за то, что собрались на её юбилей, и чуть ли не плакала, когда увидела на экране видеопроектора свои фотографии, рассказывающие о её жизни.

И деду спасибо за Победу
Мой дед, отец мамы, Степан Максимович Кузнецов, войну знал не понаслышке. С мая 1942–го по август 1946–го отдавал долг Родине. Воевал на Центральном фронте заместителем политрука 25–го артиллерийского полка, на Первом Белорусском фронте командиром взвода 28 артполка, командиром взвода 2–го гвардейского кавалерийского корпуса, с декабря 1945–го по сентябрь 1946 года был командиром батареи 94–го мехполка в Прибалтийском военном округе. После войны вернулся на родную землю и продолжил с земляками поднимать район. А в 1942–м был председателем Гатищенского сельсовета.
И вот спустя годы я узнаю, что мой дед был одним из тех немногих людей, кто провожал Зинаиду Георгиевну на секретное задание. Сказать, что была удивлена – ничего не сказать. Дед никогда не рассказывал об этом маме и другим своим детям.    
– Гордись им, – сказала моя героиня, и у неё дрогнул голос.
Как рассказывает Зинаида Георгиевна, Степан Максимович был председателем сельсовета и секретарём партийной организации, она – учителем Гатищенской школы и секретарём комсомольской организации. Вместе занимались общественной работой, часто проводили партийные собрания.
– Когда все выступят, он ко мне обращается: «А что скажет секретарь комсомольской организации?» И начинаю рассказывать, куда, на какие работы распределяю комсомольцев. Он помогал делом, словом, был настоящим товарищем и другом. Скромным, но при этом деятельным человеком, очень внимательным к людям, – вспоминает Зинаида Некрасова.
В ночь на 1 мая 1942 года, когда она уходила в немецкий тыл, Степан Максимович вместе с учительницей Анастасией Николаевной Пикаловой устроил ей прощальный вечер в доме на краю села, где жила врач Мария Константиновна (фамилия забыта). Накрыли стол и под тусклый свет керосиновой лампы всю ночь шла беседа про Родину, фашистов-гадов, будущий урожай…
Не могу не сказать, что Анастасия Николаевна Пикалова во время войны тоже была  участницей подпольного движения. Волей судьбы находилась в гестапо в городе Ровеньки Ворошиловградской области, сидела в одной камере с известной комсомолкой Любовью Шевцовой. Перед смертью Люба написала на листочке адрес и попросила навестить её родителей. Просьбу Любы Анастасия Николаевна выполнила. После войны долгие годы учительствовала в местной школе, у неё тоже не было семьи и детей. Умерла в возрасте 85 лет в 2002 году.

Победа застала на пути в Прагу
Медаль «За боевые заслуги», орден Отечественной войны II степени, другие памятные награды, старые фото из домашнего архива – всем этим она очень дрожит.

В какой–то момент Зинаида Георгиевна вдруг замерла и спросила: «Что вы будете делать, когда нас не станет на этой земле?» И сама разволновалась от собственного вопроса. А потом стала рассказывать: однажды, а это был 1945 год, почтальон принёс почту в штаб полка. Из письма она узнала, что под Варшавой погиб её брат Александр. Один солдат сказал: «Разреши мне быть твоим братом до конца жизни! Будь моей сестрой!»  С Владимиром Сиряченко, названным братом, жившим в Беларуси, они общались долгие десятилетия до самой его смерти.
 – Вот какие были в то время отношения между людьми. А вы, нынешняя молодёжь, можете таким похвастать? – спросила меня Зинаида Некрасова.
Мне нечего было ответить на её вопрос.
– За несколько месяцев до окончания войны из стрелковой дивизии меня перевели в артиллерийский полк. Нам предстоял длительный переход, и мои однополчане позаботились о том, чтобы я его проделала не пешим ходом, а на колёсах. О Победе я узнала по пути в Прагу, – продолжает она. – За плечами была Украина, Молдавия, Румыния, Венгрия, Австрия и Чехословакия. Я ехала на подводе, а мимо проезжала машина дивизионной редакции. «Зина, лови!»  – мои однополчане кинули в повозку газету, а в ней – известие о Победе! Помню, на одной улице люди установили огромную арку, украсили её цветами, поставили в два ряда деревянные длинные столы с угощением и всех, проезжавших мимо солдат, просили выпить за Победу. Все ликуют, везде красные флаги, а у меня в горле ком – скоро домой.

И живу я на земле доброй за себя и за того парня…
На сто первом году жизни Зинаида Георгиевна не сдаётся. Хлопочет в силу своих сил по дому, хозяйству, лишь бы не сидеть, сложа руки. Переживает, что всё меньше остается её однополчан.

Несколько лет назад не стало председателя совета 252–й стрелковой дивизии Елены Павловны Евтихеевой. Нет и других, с кем она долгие годы поддерживала дружеские связи. Жив ещё Игорь Григорьевич Гребцов, который в годы войны был военным корреспондентом газеты «Боевая краснознамённая».
…В селе Гатище Воловского района в 1922 году родился Фёдор Игнатьевич Бачурин. 11 января 1945 года экипаж танка старшего лейтенанта Бачурина принял свой последний неравный бой. Это случилось у селения Замоль севернее венгерского города Секешфехервар. Фёдору Бачурину на тот момент было 23 года. В зале Победы Центрального музея Вооружённых Сил в числе имён более 300 советских воинов, прославивших Родину своими подвигами, на мраморе высечено имя и нашего земляка – Героя Советского Союза.
В свой юбилейный день рождения Зинаида Георгиевна возложила цветы к его бюсту, установленному напротив местного центра культуры и досуга. Здесь проходят митинги, посвящённые Дню Победы и Дню освобождения района.
 – Молоденький мальчик, а такая судьба! – говорит Зинаида Георгиевна. – А я воооон сколько живу. Почему так, не скажешь? Нам с ним было бы о чём поговорить. Ну так что вы будете делать, когда нас не станет?
И я снова молчу. Она продолжает: «Вы только не сдавайтесь, как Тёркин, и будьте людьми в память о нас…»
  И осторожно спросила: «А можно меня в коммунистическую партию принять? Они же со мной тогда так несправедливо…»


Елена Болотских.
Фото автора и из архива З. Г. Некрасовой.





 

Новости по теме Новости MediaMetrics