100 лет органам госбезопасности

Немецкие агенты, разведшкола в Задонске и комдив-эсэр

LipetskMedia продолжает серию публикаций к 100-летию органов госбезопасности

Июль 04, 2018 12:26 0

В эти дни в Ельце отмечают 100-летие образования в районе органов государственной безопасности. Как уже рассказывал LipetskMedia, 1 июля был подписан указ о создании чрезвычайной комиссии.

В истории отдела были люди, о которых сегодняшние ветераны ФСБ, а тогда действующие сотрудники службы, вспоминают с большим уважением. Есть  и события, которыми можно гордиться. В том числе происходившие во время Великой Отечественной войны.

- Елец как крупный железнодорожный узел, а также сосредоточенные в его окружении военные склады, штабы, аэродромы – все это привлекало внимание немецких разведорганов, - рассказывает председатель совета ветеранов органов безопасности Ельца Юрий Борисов. -  Во время оккупации Орла в Ельце, кроме того,  дислоцировался Орловский областной аппарат управления НКВД, общий отдел НКВД Брянского фонда и штаб партизанского движения при Военном совете Брянского фронта. Елецкие чекисты противостояли девяти подразделениям Абвера, двум спецгруппам РСХА и СД, а также диверсионно-террористической школе.

-  В годы войны сотрудники органов госбезопасности не только противостояли немецким спецслужбам, но и сами добывали развединформацию о противнике, - продолжает член совета ветеранов Виктор Кузубов. -  Вот только один факт: с декабря 1941 года по август 1943-го в тыл немецких захватчиков с задачами разведывательного и диверсионного характера было переброшено 164 группы и около 50 одиночных разведчиков. Созданы были оперативно-чекистские группы при партизанских отрядах.

Боевое оружие за трех немецких шпионов

В музее елецкого горотдела УФСБ по Липецкой области среди множества фотографий и архивных документов находится наградной лист-характеристика на старшего лейтенанта госбезопасности Ноур Тимофея Григорьевича, датированный 8 декабря 1943 года. Скупые строки, а других в таких случаях и не писали: «Тов. Ноур принимал активное участие в развертывании партизанского движения на оккупированной территории.  Работая в Орле  с момента его освобождения от немецких оккупантов, проявил себя активным оперативным работником в борьбе с вражескими элементами. Им выявлено, разработано и впоследствии арестовано  7 вражеских элементов, в том числе 3 немецких шпиона. Выявлено и взято в разработку 127 человек вражеского элемента. Заведено два агентурных дела. Тов. Ноур вполне заслуживает награждения именными часами от НКГБ СССР».

Решение было принято другое – за заслуги Тимофей Григорьевич Ноур был награжден боевым оружием.

Уроженец Украины с молдавской фамилией, рано потеряв родителей, он остался на попечении старшего брата. Учился он очень успешно, был активным комсомольцем, и с 3-го курса рабфака Одесского механико-технического института его направили в краевую школу МГБ.  История, к слову, классическая – как правило, вплоть  до 80-х годов прошлого века  в органы госбезопасности не брали напрямую условно со школьной  скамьи.  Приглядывались к активным и успешным в учебе молодым людям или же предлагали тем, кто сам изъявлял желание служить в органах, пройти сначала, к примеру, профсоюзную школу или отличиться в рядах ВЛКСМ. Существовал так называемый партнабор.

После окончания школы МГБ Тимофея Ноура командируют в Данковский  район, который принадлежал перед войной Рязанской области, затем он служил в Орле, после был переведен в Елецкий горотдел. С 1941 по 1943 годы он руководил Задонской разведшколой, о чем, конечно же, официально нигде не было сказано.  

 Как вспоминает его дочь Нина Тимофеевна Нацкина, для нее с сестрой отец  всегда оставался  идеалом мужчины и человека. Конечно, дома никогда не обсуждались рабочие моменты, безусловно, что-то знала жена Тимофея Григорьевича, но тоже никогда ни одним словом не обмолвилась о делах мужа. Бывая дома, он компенсировал свою сильную занятость тем, что практически все свободное время проводил с семьей и детьми. Традиционными стали домашние чтения, которые устраивал глава семейства. Праздники – обязательно шумные, с музыкой, танцами, большими компаниями, хороводами.

- Мы всегда прислушивались к его советам – мудрым и взвешенным. Часто одного слова или одной фразы хватало, чтобы понять, как поступить, что сделать, - говорит Нина Тимофеевна. -  Он видел мое увлечение химией и порекомендовал поступать на химический факультет, сестра увлекалась языками – стала студенткой липецкого пединститута по его совету.

После выхода в отставку в 1966 году Тимофей Григорьевич Ноур работал в Елецком горисполкоме. На заслуженный отдых вышел  в 1977 году. Увы, долго не прожил.  Смерть застала его в дороге –  в этом же году он отправился повидать внуков в Свердловск, где жила Нина Тимофеевна с мужем и детьми. Уже в дороге он почувствовал себя плохо, а, приехав, умер на руках родных от обширного инфаркта. Так,  долгие годы проживший в Ельце украинец с молдавскими корнями был похоронен на Урале.  На могилу отца его дочери  позже привезли горсть родной земли из Украины, куда съездили, исполнив его желание.

Судьба хранила, но не щадила

О военных годах вновь свидетельствуют документы и воспоминания сотрудников органов безопасности, которые аккуратно собрали уже в нынешнее время их последователи. Одной из выпускниц Задонской разведшколы была ельчанка Анна Миргородская. До войны она работала трактористкой. Проводив мужа на фронт, женщина сама обратилась к чекистам. Как выяснилось, Анна умела водить автомобиль и мотоцикл. Это, безусловно, было ее преимуществом. 

Уже в ноябре 1941 года диверсионная группа, в составе которой также была и Анна Миргородская, заминировала дорогу Измалково - Краснозерское. Были уничтожены четыре грузовика с боеприпасами.  Буквально через пару недель вновь операция – на шоссе Орел - Мценск. Результат – пять машин с немецкими солдатами. Следующая вылазка – вместе с напарником Анна взрывает три моста.

Однажды в деревне Голубевка она увидела, как фашисты издеваются над раненым советским офицером. Анна кинула  в группу солдат гранату, уничтожила нескольких из них, но уйти не успела, ее схватили. В это время местность начали бомбить советские самолеты, что внесло панику в ряды немецких солдат. Хозяева избы, где проходил допрос, спрятали Анну под печкой.  И скрывали ее вплоть до начала Елецкой наступательной операции.  Анна Миргородская стала инструктором в Задонской разведшколе, до конца войны прослужив в разведке.

Судьба ее хранила, но не щадила. В оккупированном Ельце немецкие солдаты закололи штыками ее маленьких детей. Об этом она узнала много позже...

«Знамя Победы» и восстановление исторической правды

Но замыкаться только на истории своей службы ветераны ФСБ не стали. Юрий Борисов уже в отставке в свое время занимался, как он говорит, «информационной составляющей» создания будущего мемориала «Знамя Победы», который был открыт в 2015 году к 70-летней годовщине Победы над Германией. Тогда-то и нашлись интересные факты, касающиеся Елецкой наступательной операции. Вернее, людей, принимавших непосредственное в ней участие, более того, от решения которых зависел  и ее исход.

 Речь идет  о незаслуженно забытом Георгии  Курносове  - командире 143-й стрелковой дивизии, принимавших участие в Елецкой наступательной операции в декабре 1941 года. В Ельце известны имена военачальников Филиппа Черокманова и Федора Костенко. Их именами названы улицы.  Не забыт и командующий генерал-майор Авксентий Городнянский.

- Мы с  группой товарищей выезжали в Центральный архив МО РФ в Подольске. Там нашли  объективную и полную информацию о ходе Елецкой наступательной операции, - рассказывает Юрий Борисов. – Тогда же попала в руки брошюра Генштаба Красной Армии, которая долгие годы  была под грифом "Совершенно  секретно", и только в 2004 году рассекречена.  

Почему был забыт Георгий Курносов? У Юрия Борисова есть своя версия. И кроется она в биографии Курносова. Крестьянский сын, он закончил учительскую семинарию, в начале Первой мировой войны - школу прапорщиков, вступил  в партию эсэров, тогда популярную среди солдат. Позже, однако, стал служить в Красной армии. Свою первую награду – почетное революционное оружие – получил за взятие Брест-Литовска. Он продолжал служить  в армии вплоть до 1937 года, когда ему вспомнили недолгое пребывание эсэром. Он был арестован, провел в заключении «без суда» три года. Вина его не была доказана, и в 1940 году его вернули в армию.

- Дивизия  к декабрю 1941 года была обескровлена, у него едва было 250 штыков, - говорит Юрий Борисов. – Тем не менее вместе с дивизией Черокманова и группировкой Костенко принял самое активное участие в операции. Архангельское, поселок Солидарность, Казинка, Лавы, Пажень – все эти населенные пункты освобождала дивизия Курносова. Позже были освобождены Измалково и Ливны.

Ни боевые успехи, ни большое количество наград, в том числе полководческих, например, ордена Кутузова, не спасли Курносова от новой волны репрессий в 1949 году. Ему вновь вспомнили «эсэрское» прошлое.  Наказание было в этот раз «помягче» – его уволили из армии, исключили из партии.  Юрий Борисов нашел в архивах КГБ соответствующий документ, который до сих пор находится под грифом «Секретно».   

Георгий Курносов

Юрий Борисов уверен, что именно юношеское увлечение Курносова сыграло с ним такую злую шутку. Но справедливость восстановлена – на мемориале «Знамя Победы» высечено и имя Георгия Курносова. Ну и сам Юрий Васильевич намерен собрать все факты, которые ему удалось выяснить, в отдельную книгу. Добивается он от городских властей и того, чтобы увековечить имя комдива и в названии одной из елецких улиц.

 «Служебная мама»

И в заключение – добрая история о еще одном сотруднике, вернее, сотруднице елецкого горотдела.  Участница Великой Отечественной войны, она  в мирное время отдала службе в органах госбезопасности 37 лет – с 1947 по 1984 годы.

Один из руководителей отдела Виктор Кузубов вспоминает, что первым сотрудником, с которым ему, тогда молодому оперативнику, пришлось столкнуться, была женщина. Римма Владимировна Савина служила  в отделе секретарем-делопроизводителем.     

Фактически она была наставником для молодых сотрудников, прежде всего,  в том, что касалось секретности, государственной тайны. Все секретные документы проходили через нее,  она была очень требовательной в том, что касалось соблюдения режимных мер при работе  с такой информацией. Впрочем, как говорит Виктор Митрофанович, не это даже было главным. «Все знали, что она всегда выслушает, никогда не будет читать нотации, посочувствует и обязательно поможет. Мы делились с ней проблемами не только служебного характера».

В ее судьбе – недолгий период работы журналистом в «Орловской правде», помогло неоконченное филологическое образование в Елецком учительском институте. Обучение прервала Великая Отечественная война. По призыву горкома воевала в составе Центрального и Первого Украинского фронтов. Там впервые познакомилась с делопроизводством – пришлось иметь дело с документами под грифом «Секретно». В октябре 1943 года была награждена медалью «За боевые заслуги», позже «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов».

Уже после увольнения в 1984 году она не смогла оставить ставший для нее родным коллектив. Вплоть до самой смерти в 1999 году осталась в отделе уже в качестве технического работника. Как говорили ее коллеги, а их прошло немало за столь долгий срок, она стала для них «служебной мамой».

 

Продолжение следует...

Редакция LipetskMedia благодарит за помощь в подготовке материала председателя Совета ветеранов органов безопасности Ельца Юрия Борисова, члена совета ветеранов Виктора Кузубова, пресс-службу УСФБ по Липецкой области и лично Елену Донецких

В материале использована информация Государственного архива Липецкой области, материалы Анатолия Березнева

Новости по теме Новости MediaMetrics